в том случае, когда контрагенты — внесенные в торговый регистр крупные купцы. Мелкий промышленник не относится к правоспособным для заключения срочных сделок лицам, даже когда фирма его значится в торговом регистре. Кроме того, по § 53 законо-обязательные срочные сделки могут заключать:
лица, которые ко времени заключения сделки или раньше, по званию своему, совершали биржевые срочные или банковые операции или допущены были с правом участия в биржевой торговле на биржу, служащую для торговли товарами того рода, с которым заключается сделка, или для торговли ценными бумагами;
лица, которые ко времени заключения сделки не имеют внутри страны ни местожительства, ни промышленного заведения.
Если же полноправный купец заключает срочную сделку с лицом, неправоспособным в отношении срочных сделок, то он может выговорить себе обеспечение и в нем искать удовлетворения, если оно состоит из ценных бумаг или денег и другой стороной определенно выражено, что обеспечение должно служить для покрытия убытков, причиненных срочными биржевыми сделками.
Против притязаний, вытекающих из биржевых срочных сделок с товарами или ценными бумагами, допущенными к биржевому срочному обращению, со стороны того, для кого сделка обязательна, не может быть выставлено возражение о разнице.
Если биржевым регистром законодатель ничего существенного не достиг, то ему удалось все-таки ограничением срочной торговли концентрировать в более узких кругах спекуляцию. Закон 1896 года запретил срочную торговлю зерновыми и мукомольными продуктами, срочную торговлю горнопромышленными и заводскими акциями и срочную торговлю акциями всех промышленных обществ с капиталом ниже 20 миллионов марок.
Эти запреты внесены были в Биржевой закон рейхстагом, хотя биржевая анкетная комиссия не могла прийти к выводу, что следует запретить законом определенные виды ценных бумаг или товаров.

Запрещение срочных операций с зерновыми и мукомольными продуктами, этот алмаз в перстне Биржевого закона, как назвала его аграрная пресса, существует еще и поныне, если не считать упоминаемого ниже случая, когда оно не имеет применения. Это уступка аграриям, исходящим из того взгляда, что бумажный хлеб срочной биржи, то есть хлеб без наличного основания, сбивает цену. Извещение о поставке 1000 тонн пшеницы, проходящей через тридцать рук раньше, чем достигнуть окончательного приемщика, вызывает будто бы увеличение предложения на 30 000 тонн, и это излишнее предложение бумажного хлеба стесняет цену. Однако это основано на ложном представлении. Оно заключается в том, будто вследствие обращения извещения, вследствие перехода его от А к В, от В к С и т. д. хлеба продается более 1000 тонн. Аналогичный пример из статистики сообщений лучше всего покажет, в чем ошибка. Надземными и подземными электрическими железными дорогами в Берлине провезено в 1907 году 41,5 миллиона людей. Тут тоже можно было бы спросить, откуда в Берлине столько людей. Точно такое же явление мы наблюдаем и в хлебном обороте. Срочная торговля, если не считать поставки неконтрактного товара, о которой речь была раньше, не может понизить цены тонны пшеницы ни на одну марку, ибо она не умножает товара на количество бумаг,