найдется. Но прошло много месяцев, а работа не появлялась. Невероятно. Я пил пиво и валялся в постели.
Впали в депрессию?
Нет, депрессии не было. Просто не хотел вылезать из кровати и бессмысленно бродить по улицам. Казалось немыслимым, что после такого успеха в Нью-Йорке здесь не нашлось самой плохонькой должности. Дошло до того, что я отправился устраиваться страховым агентом.
На что в других обстоятельствах не согласились бы?
Ни за что. Я был в отчаянии. Хватался за любую возможность. Надо было выплачивать кредит за жилье, а просить у родных не хотелось.
Какое настроение было у жены?
На удивление бодрое. Она считала, что все образуется.
Итак, нищета?
Вот именно. Наконец, через полгода жена получила работу, ее взяли в отдел розничных продаж в J. Crew — заметное понижение по сравнению с должностью, которую она занимала в Liz Claiborn. Но к тому времени она тоже готова была взяться за все, что предложат. В том месяце у нас не осталось ни цента, всю первую зарплату она отдала в счет кредита за дом.
Значит, спасение пришло в последнюю минуту. Что вы чувствовали, когда казалось, что денег не будет? Паниковали?
Опустил руки. Решил, чему быть, того не миновать. Пусть отнимут дом — какая разница. В общем, перестал

32 МАГИ ФОНДОВОГО РЫНКА
размышлять о будущем. В те месяцы я увидел настоящее лицо Сан-Франциско. Будь ты из Лондона, из Лос-Анджелеса, из Нью-Йорка — до тебя нет дела. Это не тот открытый мир, к которому привыкли в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе: приезжай из других городов, устраивайся на работу. Сан-Франциско — закрытый город. Здесь, как в деревенской общине, чтобы человека признали, ему надо сначала пожить среди местных. Сейчас мне нравится эта замкнутость, но тогда она действовала угнетающе.
Вы хотите сказать, что вакансии, на которые вы устраивались, отдавали своим?
Совершенно верно. Впрочем, и вакансий-то было немного. Мне бы и в страшном сне не приснилось, что я, занимавший до этого очень престижное место, буду клянчить любую работу. Я пошел в библиотеку, списал адреса всех, сколько-нибудь напоминавших финансовые фирм и разослал резюме. В конце концов позвонил человек, которому я приглянулся. «У меня самого нет работы, — сказал он, — но мой друг, может быть, вас возьмет».
Что именно в резюме показалось ему интересным?
Разносторонность: сочетание финансового образования и артистических склонностей.
К тому времени, как он позвонил, вы, надо полагать, стояли на краю пропасти?
Нет, отчего же. Край — это когда хуже не будет. Человек, которому понравилось мое резюме, убедил друга — а он занимался продажами в Volpe, Welty&Co, местной брокерской фирме — пригласить меня на собеседование. Когда я туда шел, я понятия не имел, чего ждать. Он попросил рассказать об опыте работы, и я описал свою жизнь так же, как сейчас описал ее вам. Тогда он спросил: «Сколько вы хотите?» Я прибавил $200 к размеру месячной выплаты по кредиту и сказал: «$2 500».

СТЮАРТ УОЛТОН. НЕ ПРОПАСТЬ В ПРОПАСТИ 33
Он сказал: «А если я дам вам $4 000?» «Тоже неплохо», — сказал я.
Он знал о ваших торговых способностях?
Нет, просто видел перечень должностей, которые я занимал. Наверное, ему показалось нечестным предлагать мне