три года, потому что распоряжался огромными деньгами и было весело чувствовать свою власть.
У вас появился, наконец, вкус к игре?
Да, я увлекся. Приятно сознавать, что ты можешь противостоять рынку. Правда, сами рынки, на которых приходилось работать, не вдохновляли. Угнетало в основном то, что облигации, которыми мы торговали в Нью-Йорке, были крайне неликвидны. Я решил перейти в главный офис Wood Gundy в Торонто, поскольку там можно было работать с канадскими казначейскими облигациями — бумагами вполне ликвидными. Вначале все шло отлично: главный офис, ликвидные рынки, куча работы. А через полгода Канада мне разонравилась: провинциальный замкнутый мирок, где ценится не умение торговать, а умение подать себя. К тому же мне очень надоели облигации и процентные ставки.
Почему?
Такой уж это товар. Каждое утро на совещаниях мы гадали, что будет с рынком сегодня. Сотрудник вставал и говорил, почему он считает, что цены вырастут или упадут. Обсуждали влияние курсов валют, денежной и налоговой политики, трендов процентных ставок в Америке и в других странах. Когда подходила моя очередь, я заявлял: «Рынок упадет». Они спрашивали: «Почему?» «Потому что

30 МАГИ ФОНДОВОГО РЫНКА
вчера он вырос». Они думали, это шутка, а я серьезно считал рынок эффективным, так что если цена сильно вырастала сегодня, завтра она обязана была опуститься.
Как-то раз я проснулся и понял, что больше не выдержу ни минуты общения с процентными ставками. Хватит с меня облигаций. Пошел и уволился. Для них это было дико — я прожил в Канаде семь месяцев, не больше.
Вы уволились, не имея другой работы?
Вот именно. Просто не выдержал. Самое смешное, что в тот день мне позвонила жена и сказала, что увольняется. Я знал, что ей не нравится в компании, но понятия не имел, что она собирается уходить. Удивительно, как мы оба одновременно бросили работу. Было решено не устраиваться пока, а месяцев шесть поездить по Штатам, по лыжным курортам.
Мы добрались до озера Тахо и отправились в Сан-Франциско. Влюбились в этот город и надумали переехать. Потом, когда путешествие закончилось и мы были в Торонто, мне пришло в голову еще раз посетить Сан-Франциско, чтобы проверить, действительно ли он так хорош, как кажется на первый взгляд. Теперь мы решили серьезно подумать о заработке, и каждый нашел подходящее место. Мы даже отыскали дом и договорились о цене. В общем, все устроилось. Вернулись в Торонто, наняли грузовик и перебрались в Сан-Франциско. И тут выяснилось, что работы нет. Ни для жены, ни для меня.
Что за должность вам предлагали?
Я прошел собеседование в маленькой венчурной фирме. Будущий начальник тоже окончил Макгиль.
Вы полагали, это решает дело?
Да, он принял меня с распростертыми объятьями: «Конечно, мы вас возьмем, разумеется. Переезжайте, будем ждать». Позже я пытался ему дозвониться — безрезультатно. Наконец я его разыскал и услышал: «Знаете, в

СТЮАРТ УОЛТОН. НЕ ПРОПАСТЬ В ПРОПАСТИ 31
этом году нам не нужны MB А». Невероятное заявление после всего, что он мне наобещал!
Все наши сбережения были отданы как первый взнос за дом, так что денег почти не осталось. Сначала не особенно волновались: считали, что через месяц-другой работа