мир, уже набрали в то время силу в
Вене. Я упомяну только психоанализ и возникновение традиции логического
позитивизма, которая господствовала во всех философских дискуссиях.

Впрочем, мне следует сосредоточиться на развитии экономической теории, и может
быть замечательнее всего, что при острейших практических трудностях
университет смог сосредоточиться на чистейшей из чистых экономической теории.
В этом явно чувствовалось влияние маржиналистской революции [имеется в виду
почти одновременное "открытие" принципа предельной (маргинальной) полезности
Карлом Менгером и Уильямом Стенли Джевонсом в 1871 году, и Леоном Вальрасом в
1874 году; см. гл. 1 и 2 данного издания -- амер. изд.], которая и сама
произошла не задолго до того времени, о котором я теперь говорю. Из великих
деятелей этой революции продолжал работать только Визер [учитель Хайека
Фридрих фон Визер (1851--1926); см. главу 3 -- амер. изд.]. И Бем-Баверк
[Евгений фон Бем-Баверк (1851--1914), шурин Визера, был министром финансов
Австрии; см. главы1 и 2 -- амер. изд.] и Филиппович [Евгений Филиппович фон
Филипсберг (1858--1917) -- амер. изд.], двое самых влиятельных учителей
предвоенного периода (первый в области теории, а второй -- в политических
проблемах) -- умерли в самом начале войны. Карл Менгер [Карл Менгер
(1840--1921), основатель австрийской школы теоретической экономики; см. главу
2 -- амер. изд.] еще был жив, но был уже глубоким стариком, который вышел на
пенсию лет за пятнадцать до этого и появлялся только в редких случаях. Для
нас, молодых, он был скорее мифом, тем более что и книга его [Carl Menger,
Grundsatze der Volkswirtschaftslehre (Vienna: W. Braumuller, 1871). Была
переведена на английский James Dingwall and Bert F. Hoselitz, Principles of
Economics (Glencoe, Ill.: The Free Press, 1950; reprinted New York and London:
New York University Press, 1981 -- амер. изд.], исчезнувшая даже из библиотек.
стала почти недоступной редкостью. Среди тех, с кем мы сталкивались, немногие
имели непосредственный доступ к нему. Старшие были переполнены воспоминаниями
о семинарах Бем-Баверка, которые в предвоенные годы собирали всех,
интересовавшихся экономической теорией. Наши ровесницы, с другой стороны, были
полны воспоминаниями о Максе Вебере [Макс Вебер (1864--1920), немецкий
социолог и автор The Protestant Ethic and the Spirit of Capitalism (London:
Allen & Unwin, 1930); впервые опубликовано в 1904--1905 гг. на немецком --
амер. изд.], который читал семестровый курс в Вене как раз перед окончанием
войны, когда мужчины еще не вернулись в университет.

Визер, последняя нить, связывавшая нас с великим прошлым, большинству из нас
казался надменным и недосягаемым господином. Он в то время только вернулся в
университет с поста министра торговли в одном из последних правительств
империи. Он читал лекции, опираясь на свою изданную перед самой войной Social
Economics [Friedrich von Wieser, Theorie der Gesellschaftlichen Wirtschaft
(Tubingen: J.C.B. Mohr, 1914), на английском языке Social Economics (London:
Allen & Unwin, 1927; reprinted New York: Augustus M. Kelley, 1967) -- амер.
изд.], которую, кажется, знал на память, -- единственный систематический
трактат