стала классическим исследованием по современной истории
мысли в Германии. «Халлоуэлл ясно показывает, как ведущие либеральные
теоретики права в Германии в конце XIX века лишили себя малейшей возможности
сопротивляться процессу подавления "материального" простым "формальным"
Rechtstaat, и, одновременно, дискредитировали либерализм просто в силу
принятия правового позитивизма, который рассматривает право как обдуманное
творение законодателя, и проявляли интерес только к конституционности
законодательных актов, но не к характеру принимаемых законов.» Law,
Legislation and Liberty, vol. 2: The Mirage of Social Justice (Chicago and
London: University of Chicago Press, 1976), p. 167, n. 27. -- амер. изд.]



2. Пролог. Экономическая теория 1920-х годов: взгляд из Вены




Этот прежде не публиковавшийся текст представляет собой одну из 5 лекций,
прочитанных Хайеком в Чикагском университете в октябре 1963 г. Спонсором этого
цикла лекций был фонд Чарльза Уолгрина (Charles O.Walgreen). Следует отметить,
что Хайек намеревался переработать текст этой лекции для публикации, но не
смог этого сделать. Здесь она воспроизводится в первоначальном виде. -- амер.
изд.

-------------------------------------------------------------------------------

Хотя мне кажется, что организаторы этой лекции ждали, что я пущусь в
воспоминания, до сих пор я пытался избежать этого. Это опасная привычка, и
непонятно, где кончить, когда обнаруживаешь, что для большей части аудитории
то, о чем вспоминает лектор, есть вещи неизвестные и неинтересные. В прошлом я
сам не очень-то любил этот жанр, и сейчас даже сожалею, что при моем первом
посещении этой страны 40 лет назад не проявил достаточной интеллигентности и
не выслушал старого биржевого брокера, который хотел рассказать мне о кризисе
1873 года. Хоть я и занимался тогда деловыми циклами, мне показалось скучным
слушать его. Не очень ясно, почему бы вы должны оказаться более терпеливыми,
чем я когда-то, тем более что из собственного опыта мне известно, что стоит
лишь начать, и посыпятся всевозможные обрывки воспоминаний, бросающие свет
скорее на суетность рассказчика, чем на предметы, представляющие общий
интерес. С другой стороны, как исследователь истории экономической мысли я
потратил немало сил, пытаясь воссоздать интеллектуальную атмосферу прежних
дискуссий, мечтая при этом о том, чтобы участники этих дискуссий оставляли бы
свидетельства о своих отношений с современниками, и чтобы это делалось в том
возрасте, когда такие воспоминания еще относительно надежны. Теперь, стоя
перед вами с намерением исполнить как раз эту задачу, я хорошо понимаю, почему
большею частью люди избегают этого: я боюсь, что при этом человек почти
неизбежно оказывается чрезмерно эгоцентричным, и если вам покажется, что я
чрезмерно много говорю о собственном опыте, пожалуйста, не забывайте, что для
меня это единственный способ рассказать и о других. Я не сомневаюсь, что если
мне когда-либо случится готовить эти лекции для публикации, их придется сильно
почистить. Но в данный момент это всего лишь попытка поговорить со старыми
друзьями, так что придется дать себе свободу. Венский университет, когда я
совсем