руководителем кафедры в Берлине. [Это случилось в 1931 году. Шумпетер
ответил согласием на приглашение в Гарвардский университет в следующем году.
-- амер. изд.]
Помимо этой группы, которые все были не только социалистами, но и евреями и,
конечно же, были принуждены оставить Германию в 1933 году -- существовали
всего лишь две группы теоретиков, одна из которых была активна в академической
среде, а другая -- в неакадемической.
Последняя состояла из группы джентльменов, которые -- что довольно странно --
собрались под крышей Ассоциации германских машиностроителей (VDMA), и назвали
себя "рикардианцами", чтобы отделить себя от основной школы экономической
теории. Среди них были Александр Рюстов [Alexander Rustow (1885--1963),
профессор экономической географии и экономической истории в университете
Стамбула, автор Ortsbestimmung der Gegenwart, 3 vols (Erlenbach-Zurich and
Stuttgart: Eugen Rentsch, 1950--1957), сокращенный перевод на английский
Freedom and Domination (Princeton, N.J.: Princeton University Press, 1980). --
амер. изд.], Ганс Гестрих [Hans Gestrich (1893--1945), преподавал в Берлинском
университете -- амер. изд.] и Отто Вейт [Otto Veit (1898--?), банкир и
профессор Франкфурского университета -- амер. изд.]. Членом этого кружка был и
Лаутенбах [Wilhelm Lautenbach (1891--1948) -- амер. изд.], очень одаренный
теоретик, умерший совсем молодым, который состоял на государственной службе, а
не в VDMA. Другими членами кружка были д-р Илау [Hans Ilau (1901--?) был
позднее экономистом в Дрезденском банке, а также в Дармштадтском и
Национальном банке, издатель Frankfurter Zeitung -- амер. изд.], Фридрих Лутц
[Friedrich August Lutz (1901--1975) преподавал в университетах Фрайбурга,
Принстона и Цюриха, специализировался на теории капитала и процента. Его жена
Вера Смит Лютц работала помощницей Хайека во время учебы в Лондонской школе
экономической теории. -- амер. изд.] и Теодор Эшенбург [Theodor Eshenburg
(1904--?) позднее был профессором политических наук в Тюбингенском
университете -- амер. изд.], с которым я познакомился позднее.
Группа мужчин в VDMA была фактически единственным влиятельным и деятельным
кружком теоретиков в Германии, которые честно, но безуспешно стремились к
установлению свободной экономики. Этот кружок продолжал существовать даже в
нацистский период, но большая часть его членов умерли молодыми.
Я живо помню один свой приезд в Берлин в этот период. Обычно я избегал
Германии, и во время частых поездок из Лондона в Вену пересекал только
юго-западный угол ее, где регулярно навещал Вальтера Эйкена [Walter Eucken
(1891--1950), профессор теоретической экономики во Фрайбургском университете
-- амер. изд.], о чем расскажу позже. Однажды мне случилось читать лекцию в
Варшаве, и по дороге в Лондон я попал в Берлин, где сделал остановку. Здесь я
столкнулся с кружком "рикардианцев", и мы проговорили в доме одного из них
целый вечер. Кажется, это был дом Гестриха. Хорошо помню, что когда мы перешли
от чисто теоретических вопросов к более рискованным предметам, кто-то -- может
быть один из гостей -- вскочил и накрыл телефон чайной подушкой, чтобы, избави
бог, никто из посторонних не смог услышать