1980 по 1985 г., заявил, что законотворчество достигло такого
размаха, "что уже нет времени думать". Это так и есть: к своему удивлению,
исследователи Института обнаружили, что резолюции и декреты, подаваемые на
подпись министру или президенту, не сопровождаются приложением с разъяснением
технической стороны дела или изложением других мнений, а содержат лишь текст
закона. И, как видно из табл. 1, после 1948 г. ежегодно утверждалось не менее
13 тыс. законов.

Наша правовая система не стремится к защите и разграничению прав и
обязанностей, охраняющих собственность каждого и поощряющих его деятельность.
Она охвачена навязчивым стремлением к прямому управлению потоком каждодневных
событий и не заботится о создании институтов, порождающих богатство. То, что
мы имеем, есть результат постоянного соперничества за незаработанный доход и
отражение личных мнений и предпочтений правителей. Здесь и источник плохих
законов, регулирующих легальную и теневую деятельность. Трудно вообразить,
чтобы такая система сделала свои правовые институты доступными для бедняков.

Все это вызывает разочарование, неопределенность, коррупцию и усиливает
социальную напряженность. В перераспределительном государстве разочарование
поселяется в душах людей уже в молодости, когда перуанец начинает понимать,
что к богатству ведет не столько труд, сколько политическая ловкость и
изворотливость. Взрослея, он обнаруживает, что богатеют не те, кто вкладывает
труд и капитал в эффективные предприятия, а те, кто ухитряется получить
какое-то политическое влияние. Самые умудренные жизнью сограждане -- знакомые
с обещаниями и левых, и правых правительств, -- разочарованы, потому, что
знают по собственному опыту: выдвинуться можно только опираясь на
благосклонность государства.

Неопределенность есть постоянный спутник жизни в перераспределительном
государстве. Перуанцы знают, что органы исполнительной власти, выпекающие
около 110 указов и декретов каждый рабочий день, могут без всяких
предварительных консультаций или дебатов в любой момент изменить правила. Наши
законы нестабильны и непредсказуемы, ибо зависят от того, кто выиграл
перераспределительную войну. Отток ресурсов в теневой сектор, утечка
перуанских капиталов и умов за границу свидетельствуют об отрицании ими
системы. Они желают работать, накапливать и вкладывать в странах с более
предсказуемым правовом (т.е. с менее произвольным) перераспределением.
Принимает ли это перераспределение форму открытой экспроприации, как при
передаче частных земель под жилищное строительство, или скрытой экспроприации,
как при замораживании банковских депозитов или объявлении дискриминационных
валютных курсов, в любом случае люди не могут иметь достаточного представления
о том, чего стоят их средства и обязательства. Они не способны в полной мере
пользоваться результатами своего труда и не способны предвидеть, в какой
момент перераспределительные законы выбросят их с рынка.

Завидное свойство перераспределительного государства быть щедрым за чужой счет
является приглашением к коррупции. В борьбе за богатство и выгодное
перераспределение не останавливаются перед выбором средств. По мере углубления
коррупции,